Маркетинг Виктории Бони: как развести 13 миллионов человек

Тихон

Вечерский

Автор статьи

Как бывшая участница «Дома-2» построила империю на жабьем яде, женской тревоге и космической семье — и почему Кремль ей за это благодарен.

В апреле 2026 года женщина из Монако записала 18-минутное видео, адресованное Владимиру Путину. За двое суток его посмотрели 24 миллиона раз, поставили больше миллиона лайков и оставили 70 тысяч комментариев. А спустя три дня Песков публично подтвердил, что видео посмотрели в Кремле.

Женщину зовут Виктория Боня. Бывшая участница «Дома-2», сегодня она продаёт курсы «Я — Женщина Богиня» за 60 тысяч рублей, организует ретриты с галлюциногенным отваром аяваска и рекомендует рожать без анестезии, чтобы «раскрыть чувственность через боль». Казалось бы, такие у человека увлечения, но только вот вопрос: а как она умудрилась стать самым громким публичным голосом русскоязычного интернета весной 2026-го и заставила Кремль реагировать на себя?

За двадцать лет Боня шесть раз полностью сменила амплуа — от участницы реалити-шоу до жены ирландского миллионера, от эзотерического коуча до альпинистки, а затем и вовсе стала гласом народа. В маркетинге такую полную смену деятельности называют пивотом, и за каждым таким переходом стоят конкретные механизмы, которые мы сейчас разберём. Часть из них вполне рабочая и отлично подходящая для честного бизнеса, но есть и просто откровенные манипуляции. Отличать одно от другого полезно и тем, кто строит собственный бренд, и тем, кто просто не хочет отдавать 60 тысяч за «дыхание фалангами пальцев». А ещё тем, кто хочет понять, почему в 2026-м миллионы людей идут за ответами не к психологу и не к журналисту, а к бывшей участнице реалити-шоу.

Коротко о том, кто такая Виктория Боня

Звезда этого обзора родилась в 1979 году в Краснокаменске Читинской области — городе с урановыми рудниками и исправительными колониями. Отец-шахтёр ушёл из семьи, когда Вике было два года. Чтобы хоть как-то выживать, мать-медсестра занялась челночной торговлей. А бабушка работала сторожем на ТЭЦ. Маленькая Вика и ее сестра Ангелина росли «на макаронах и маргарине» — диета тех лет, знакомая многим.

В юности Боня бодяжила водку на продажу, а потом уехала за сестрой в Москву, где ночевала в метро на Кольцевой, работала официанткой на Арбате, кассиром в «Лото Бинго» и секретарём в фирме по продаже окон.

В 2001-м стала победительницей «Красы России» и представляла страну на «Мисс Земля» на Филиппинах, где не вышла в финал, но завела нужные знакомства. А параллельно окончила экономфак МГУПП по специальности «Бухгалтерский учёт» (2003) и ВШКТ «Останкино» по журналистике (2004). В принципе, не нужно быть Шерлоком, чтобы заметить, что бедняжка Боня была довольно умной девушкой и быстро нашла себе спонсоров, которые оплатили бы ей московское образование. И уже тогда понимала его ценность.

Девятого мая 2006-го, по собственной версии, случайно пошла с подругой на кастинг «Дома-2» — и осталась на проекте на 338 дней. Ее главной сюжетной аркой на шоу стал роман со Степаном Меньщиковым, которого она увела у Алёны Водонаевой. Годы спустя Боня признается, что весь роман был заранее прописан: «У нас был контракт с ТНТ на 10 лет. Мы могли поцеловаться, язык вытаскивали на камеру. Но у нас никогда не было интимной близости».

После «Дома-2» вела «Cosmopolitan. Видеоверсию» на ТНТ (2007−2011, в 2009-м — лучшая светская программа года), снялась в клипах Тимати и Билана. В 2010-м познакомилась с Александром Смерфитом, сыном ирландского промышленника, и переехала на Лазурный берег, в квартиру, которую Алекс купил на Avenue Princesse Grace. В 2012-м в клинике в Ницце у Виктории родилась дочь Анджелина Летиция Смерфит — с монегасским подданством.

Пара распалась в феврале 2017-го, формально «из-за кофейной кружки» (собственная формулировка Бони), фактически — на фоне целого клубка причин: в сети всплыли фото Алекса с моделью Екатериной Алешкиной, а семье Смерфитов, по слухам, слили интимное видео Бони времен «Дома-2». После этого Смерфит-старший, как утверждают инсайдеры, запретил сыну жениться. Впрочем, в мае 2026-го дочь Анджелина публично эту версию опровергла.

После разрыва Боня подалась в инфобизнес: продавала курсы по «женской энергии», ретриты с шаманами, фейс-фитнес и прочие дисциплины из Хогвартса. По данным исследования АБА и LiveDune, в 2022 году её доход как блогера-коуча составил 250 млн рублей — а это, на секундочку, 7-е место в России после Чекалиной (1 млрд), Митрошиной, Шабутдинова и Блиновской.

К 2024-му Боня добавила к инфобизу новое амплуа — альпинизм: поднялась сначала на Манаслу, а потом и на Эверест. Курсы при этом никуда не делись, просто теперь их продавала не просто какая-то зажиточная дива из Монако, а целая покорительница вершин!

И вот мы подошли к апрелю 2026-го, когда Боня записала то самое обращение к Путину. Сейчас у нее 13 млн подписчиков в запрещенной Инсте и доход, который она сама оценивает в 50−200 тысяч долларов в месяц.

Во всей этой биографии прослеживается довольно четкий паттерн: конкурс красоты → знакомства → возможности; «Дом-2» → Смерфит → Монако; курсы → подписчицы → деньги. Каждый этап начинается с того, что Боня попадает в чьё-то внимание, и заканчивается тем, что она это внимание конвертирует в материальный результат. Вопрос только в том, а как именно она это делает? Потому что внимание само по себе ничего не стоит, если не знать, что с ним делать. А Боня знает — и использует для этого набор конкретных механизмов, каждый из которых очень интересно разобрать отдельно.

Итак, приступим!

Спала в метро, теперь в Монако — как Боня продаёт собственную биографию, а биография продаёт Боню

В интервью, курсах и обращениях к подписчикам Боня начинает общение с воспоминаний о своём тяжёлом детстве:

• Росла в Краснокаменске, что само по себе ужасно. Где это вообще? Какой-то городок за Байкалом с населением в 50 тыс. человек.

• Питалась макаронами с маргарином, а еду беднее сложно себе представить.

• Собирала бутылки, потому что других перспектив заработать не было.

• Бодяжила водку на продажу — в городе с урановыми рудниками это был ходовой товар.

• И даже когда переехала в Москву, днём работала официанткой, кассиром, секретарём — а по ночам обживалась в метро.

Всё это очень жёстко контрастирует с тем, что мы видим сейчас. Поездки на Эверест, сладкая жизнь в Монако, подписчиков целая армия. Контраст настолько резкий, что работает сам по себе, без всяких продающих текстов, как и любая история «из грязи в князи». Когда Боня рассказывает свою биографию, подписчица начинает видеть в ней себя и надеяться на подобный же финал. Если Боня смогла добиться, значит, и любая другая женщина из условного Мурманска тоже может. Нужно только купить курс за 60 тысяч и «раскрыть энергию».

Мелани Грин и Тимоти Брок в 2000 году описали механизм, который назвали «нарративной транспортацией»: когда человек эмоционально погружается в чужую историю, его критическое мышление снижается. Он перестаёт оценивать аргументы и начинает сопереживать герою. А Дженнифер Эскалас в 2007-м показала, что потребители, которые погрузились в историю бренда, оценивают продукт значительно выше тех, кто получил ту же информацию в аналитическом формате — через список характеристик и цифры.

Боня прям раскурила эту фишку, видимо поэтому каждый ее курс начинается со слезливой автобиографии и заканчивается обещанием: «ты тоже сможешь». Да, есть нюанс: из Краснокаменска в Монако Боня попала через конкретного мужчину (Алекса Смерфита), а вовсе не через «раскрытие женской энергии». Но в формате сторис эта деталь теряется, и остаётся только красивая дуга — от нищеты к роскоши.

Вообще, это классика маркетинга. Небольшому бизнесу, стартапу, эксперту — всем полезно рассказывать, откуда они пришли и через что прошли. Разница в том, что стоит за обещанием. Если реальный продукт с измеримым результатом — тогда всё честно и правильно. Ну, а если курс, где учат «дышать фалангами пальцев», — то это уже манипуляция.

Слезовыжимательная история успеха — это всегда супер. Но обычно ее все-таки мало, чтобы полноценно охмурить человека и заставить его заплатить 60 тысяч за что бы то ни было. Нужно, чтобы человек почувствовал себя не зрителем, а другом. И тут Боня должна сказать спасибо тому гению, который придумал сторис!

13 миллионов подруг — почему подписчицы покупают курс, даже не открыв программу

Всю суть SMM Виктории Бони можно описать буквально в 2 предложения:

• Вот подписчица оплатила курс, и Боня записывает сторис: «Я вас так люблю. Вы такие крутые просто. Вы даже не представляете, какие вы крутые».

• А затем Боня высказывается о тех, кто оплачивать отказался: «Вот таких вот лохов я буду просто блокировать, чтобы они даже просто не ходили в моих сторисах».

Тут еще важно учитывать, что Боня публикует сторис каждый день: и завтрак на Лазурном берегу, и слёзы после реакции Пескова, и медитацию на балконе, боль в шишковидной железе, пятое, десятое… Подписчица видит Боню каждый день, год за годом, и в какой-то момент начинает чувствовать, что они знакомы лично. Что Боня — подруга, которая просто живёт далеко, но делится всем: и радостями, и проблемами, и даже тем, что у неё «сегодня третий глаз болел». А с Викторией и не такое порой случается!

Такую связь называют парасоциальными отношениями — термин ещё в 1956 году ввели Дональд Хортон и Ричард Уол. Они изучали, как телезрители воспринимают ведущих: оказалось, что люди относятся к ним как к знакомым, с которыми поддерживают отношения, хотя на самом деле эти отношения полностью односторонние. Ведущий даже не знает, что конкретный зритель существует.

Сторисы усиливают этот эффект в разы, потому что формат имитирует личный разговор: там и камера от первого лица, обращение напрямую, плюс всё это в ежедневном порядке.

А в 2016 году уже другие исследователи показали, что чем сильнее парасоциальная связь с инфлюенсером, тем выше готовность купить рекомендованный продукт — и эффект оказался сопоставим с рекомендацией реального друга. Поэтому неудивительно, что женщина в Омске покупает курс Бони за 60 тысяч рублей, даже не открыв программу и не сравнив с альтернативами. В ее картине мира она покупает, потому что знает Вику лично — и пофиг, что между ними четыре тысячи километров и примерно 0 реальных взаимодействий. Хотя, подождите, а ведь огонек на сторьке — это же тоже взаимодействие! Ну тогда тем более, нет поводов не взять курс и не стать богиней…

Прикол в том, что со своей стороны Боня тоже пользуется этой близостью — чтобы клеймить свою паству: заплатила — ты крутая, а если осмелилась отказаться:

Короче, механизм парасоциальной близости через регулярный контент — это база. Любой бренд, который ведёт соцсети от лица живого человека, по сути, делает то же самое. Но если человек отказывается покупать, нормальный бизнес спокойно его отпускает. Ну максимум поуговаривает остаться, предложит скидку, бонусы и так далее. А когда за отказ тебя называют лохом и блокируют — это, в принципе, тоже рабочий вариант, но только если вы сектанты.

В целом, на этом этапе мы уже поняли, кто такая Виктория Боня и почему у любого другого человека или бренда, который использует все те же приемчики, было бы всё ОК с продажами. Но, камон, женщина продаёт «дыхание фалангами пальцев» и ретриты с жабьим ядом — казалось бы, любой здравомыслящий человек должен насторожиться. Однако у Бони и тут есть козырь, который перевешивает все сомнения: да вы просто посмотрите, как она живёт.

Эффект голой королевы — почему аудитория не проверяет то, что видит в сторис

Пьер Бурдьё в «Различии» (1979) ввёл понятие символического капитала — «власти, конституированной признанием». Идея простая: в любом социальном поле есть сигналы, которые люди считывают как доказательство статуса и компетентности. Например, диплом на стене у врача. Или публикация в рецензируемом журнале у учёного. Скажем, у нашего агентства Awake это кейсы сотрудничества с Газпромом, Минтрансом и Голливудом. Всё это — символический капитал, который говорит «а вот этому можно доверять», даже если ты лично не проверял его работу.

В 1973-м Майкл Спенс описал тот же механизм с экономической стороны и назвал его сигнальной теорией: когда покупатель не может оценить качество продукта напрямую, он ориентируется на косвенные сигналы. И чем сложнее продукт для оценки, тем больше вес этих сигналов. А «раскрытие женской энергии» — ну что это, как это вообще оценить? Как понять, сработало оно или нет? Поэтому покупательница ориентируется на единственное, что может увидеть: как живёт сама Боня.

И на первый взгляд всё выглядит убедительно — пока не начинаешь проверять:

• Монако. Подписчица видит в сторис Лазурный берег и думает: окак, она живёт в Монако — видимо, практики вокруг женской энергии действительно работают. На самом деле квартиру на Avenue Princesse Grace купил Алекс Смерфит, и после разрыва Боня осталась в ней жить. Но штука в том, что это просто результат отношений с очень богатым чуваком, и не более. Можно, конечно, все вокруг называть магией, потоками энергии и так далее. Но зачем?

• Канны. Лена Миро ещё в 2015-м написала: «Можно сколько угодно рассматривать снимки Бони с красных дорожек — на них вы не найдёте ни одного объектива, направленного на Вику. Не знают Боню нигде за пределами «Дома-2»». Фактически Миро права, но есть нюанс: для российской аудитории не особо важно, знает ли западный истеблишмент Боню. Вот же она, щеголяет по Каннским красным дорожкам, что еще надо?

• Эверест. Боня поднялась на вершину в мае 2025-го, в 46 лет. Это же самый настоящий подвиг самой настоящей богини! Правда, подняться она смогла только со второй попытки, с VIP-пакетом и командой шерпов (которые заранее закрепляют перила — верёвочные линии, за которые клиент держится при подъёме). Да, она в любом случае приложила серьезные усилия. Но абсолютно не те, что фантазируют себе подписчики, когда видят ее фотки с вершины. А в итоге все эти восхождения тоже служат рекламой курсу «Я — Женщина Богиня».

• Квантовая физика. Внезапно, да? А вот что Боня рассказывала про бывшего парня-трейдера Пьера Андюрана: «Мы говорили о чёрной материи, чёрных дырах, квантовой физике. Это был единственный мужчина, который мог со мной поддержать такой разговор». Вот как надо задирать планочку! К слову, у Андюрана — пять магистерских степеней, включая математическую физику в Оксфорде. Но и Боня не промах — как никак, за спиной диплом по бухгалтерскому учёту. В принципе, достаточно, чтобы восхищаться ее интеллектом.

Каждый из этих сигналов работает одинаково: подписчица видит результат, считывает его как доказательство методик Бони, но не видит происхождения этого результата. Сказывается еще и то, что формат сторис вообще не предполагает какого-то фактчекинга. Мы же не бежим перепроверять всё, что нам говорят знакомые и незнакомые люди? Да и вообще, друзьям принято верить.

Этот механизм мы уже разбирали, и назвали его эффектом голого короля — когда рациональное восприятие подавляется желанием быть частью чего-то высокого. Тогда речь шла о кино: зрители массово хвалили посредственный фильм Дюна 2, потому что критики и блогеры уже объявили его шедевром, и никому не хотелось оказаться среди тех, кто не понял. У Бони работает тот же эффект, только вместо статусного кино — статусный лайфстайл. Подписчица смотрит на сторис из Монако и думает: «наверное, она и правда знает что-то, чего не знаю я, — иначе откуда всё это?». Сказать вслух «а может, всё это от бывшего мужа» — значит выпасть из сообщества, перестать быть частью мира «богинь». Поэтому проще поверить или промолчать, то бишь принять.

Но дело не только в этом. Даже если подписчица где-то понимает, что Виктория приврала или нажилась на чужой беде, — в другой ситуации Боня публично сказала то, что подписчица сама думала, но боялась произнести. Про мазут, губернаторов, блокировки и Бог весть что ещё. И тогда получается, что критиковать Боню — значит потерять в её лице медийного союзника и единственного человека с 13 млн подписчиков, который топит за народ. Поэтому выбора особо нет: либо ты полностью за неё, либо полностью против.

Окей, мы уже много сказали о том, как люди доверяют Боне, про вовлечение, социальные доказательства. Но всё-таки, люди же не совсем дураки? Ведь нельзя же под видом конфетки продать то самое, кхм-кхм, да? Или всё-таки можно?

Фабрика богинь — как продать пустоту за 60К с помощью воронки и принципов Чалдини

Если читать всё написанное выше, может показаться, что Боня продаёт один курс за 60 тысяч рублей, и всё на этом. Но это вообще не так. Чтобы двинуться дальше, очень важно сфокусироваться вот на какой мысли: Боня продаёт Боню — свою медийность, охваты и способность удерживать внимание 13 миллионов человек. А уже поверх этой медийности навешиваются конкретные продукты, и они постоянно меняются — в зависимости от того, что сейчас покупают и, что гораздо важнее, за что сейчас не сажают.

В 2021-м это был курс «Я — Женщина Богиня». Параллельно — «Женщина на миллион» с Марией Азарёнок (тарифы до 60 тысяч, 9 000+ участниц). Летом 2023-го, сразу после ареста Блиновской, — двухдневный марафон «Изобилие» на 250 мест: два тарифа по 20 и 100 тысяч рублей, потенциальная выручка до 25 млн за выходные. Осенью того же года — платный канал в телеге за 1 300 рублей. Потом ретриты с аяваской в Испании за 3 500−10 000 евро. А к 2025−2026-му, когда инфобиз-коллег стали закрывать одного за другим, Боня тихо сместила акцент на блогинг, рекламу, мерч и бьюти-линейку Bonya Beauty на Wildberries.

Да, не бюджетно, но разве богиня достойна меньшего?

Каждый запуск — не долгоиграющий бизнес, а скорее набег. Прогреть аудиторию через сторис, собрать сливки за считанные дни, свернуть и двигаться дальше. Боня достаточно наблюдательна, чтобы видеть, что происходит с теми, кто годами продаёт именно курсы и только курсы:

• Блиновская — в колонии

• Шабутдинов — в колонии

• Чекалин — в колонии

Поэтому она всеми силами старается не зависеть от одного источника и переключаться между форматами: сегодня — курс, завтра — подкаст с коллегой по нише (а в описании — ссылки на его ретриты и наставничество), послезавтра — рекламный пост за полмиллиона, а параллельно тихой сапой отрабатывает косметика.

И всё это связано. Создаётся впечатление, что альпинизм, например, — это просто хобби. Но нет! Человек видит горы, эти восхождения, и у него подтягиваются нужные ассоциации: здоровье, сила, красота, «ей 46, а она вона какая — и всё благодаря практикам и правильному образу жизни». Этот образ работает на всё сразу: и на курсы, и на ретриты, и на косметику, и просто на стоимость рекламного поста в сторис.

Всё это, разумеется, не авторская методика Виктории Бони. Ещё в 1984 году Роберт Чалдини в книге «Влияние» описал семь принципов убеждения, и обычно бизнес использует два-три из них, но Боня умудрилась применить все семь одновременно. Основанная на них воронка выглядит примерно так.

Шаг 1. Попадание в ленту — первое касание. Женщина из условного Омска видит в рилсах нарезку из обращения к Путину, или ИИ-ролик, где Боня в образе Человека-паука заклеивает рот Соловьёву. Ни курсов, ни рекламы — только смелая женщина, которая говорит то, что все думают.

Тут срабатывает симпатия: Вика выглядит смелой, настоящей и близкой по духу — она говорит то, что зрительница сама думает. И получает новоиспечённую подписчицу.

Шаг 2. Ежедневный просмотр — удержание. Проходит неделя, две, месяц. Всё это время Боня появляется в сторис ЕЖЕДНЕВНО: утренняя медитация на балконе с видом на Лазурный берег, а вот дочка, а вот горы, а вот бьюти-рутина — «Девочки, вот этим умываюсь, вот это наношу, кожа сами видите какая». Подписчица привыкает, что Боня — часть её дня.

Тут работает взаимность: Виктория столько всего даёт бесплатно — и смелость, и медитации, и бьюти-советы, — что когда она что-то рекомендует купить, отказать уже как-то неловко. Боня же столько вложила в их дружбу!

Шаг 3. Прогрев — вовлечение. В сторис и эфирах начинает звучать: «мы, женщины», «наш женский род», «женская сила». После обращения к Путину эта риторика усилилась в разы: теперь «мы» — это не просто девочки на марафоне, а 13 миллионов женщин, которые не боятся говорить правду. Подписчица чувствует себя частью движения.

Это единство по Чалдини — племенная идентификация. Ты уже не просто зритель, а одна из тех, кто «с народом». И выйти из этого круга — значит не только опуститься до обычных людишек, но и предать своих.

Шаг 4. Рекомендация — конвертация. В какой-то момент между политическими высказываниями и горными фотографиями появляется пост: Боня показывает свою кожу, напоминает, что ей 46, и ненавязчиво упоминает Bonya Beauty. Или делает рекламную интеграцию для чужого бренда — но подписчица воспринимает это не как рекламу, а как совет от подруги, которая плохого не посоветует.

Тут работает авторитет: женщина, которая в 46 поднялась на Эверест и заставила Кремль реагировать, наверное, разбирается и в том, чем мазать лицо.

Шаг 5. Отзывы и образ — дожим. Подписчица видит, как другие девочки в комментариях хвалят крем, выкладывают фотки с продукцией, отмечают Боню.

Это социальное доказательство: раз все берут — значит, работает. А главное доказательство — сама Боня: ей 46, она на Эвересте, кожа сияет, энергии хватит на десятерых. И отдать 2 685 рублей за баночку на ВБ, чтобы выглядеть хотя бы наполовину так же — это вообще ни о чём.

Шаг 6. Покупка и возврат в воронку. Подписчица заказывает крем. Может быть, докидывает кепку. Может быть, нет. Но она уже внутри: смотрит сторис каждый день, чувствует себя частью сообщества. И когда Боня запустит следующий продукт — будь то новый марафон, новый ретрит или новая линейка — подписчица уже прогрета. Это обязательство и последовательность: раз уже купила, раз уже «своя», следующая покупка даётся легче.

Содержание курса блогер Катя Конасова в 2021-м разобрала по косточкам: десять «женских сценариев» скопированы из книги Клода Штайнера «Сценарии жизни людей». То есть даже теоретическая база — чужая, на оригинал даже ссылок нет. «Авторские» элементы — медитация «дыхание фалангами пальцев» с мантрой «Я есть блаженство Бога», рекомендация рожать без анестезии и совет прыгать с парашютом, чтобы «выйти за пределы сознания». А когда курс пройден и «женская энергия» не раскрылась (или раскрылась — как проверить?), Боня говорит: «Именно у меня пробуждение произошло после второго раза. Если это человек, который первый раз сталкивается с такими знаниями, — на четвёртый раз это происходит». Заплати ещё раз — или признай, что первая оплата была ошибкой. И кто-то ведь заплатит.

 Если бы мы жили в мире победившей правды

Вся конструкция держится на одном фундаментальном свойстве: результат невозможно измерить. «Раскрытие женской энергии» — это ощущение, а ощущения нельзя проверить. Если подписчице стало лучше — значит, курс работает. Если не стало — значит, нужно пройти ещё раз. У курса по контекстной рекламе или дизайну такой фокус не пройдёт — там результат либо есть, либо нет, и это видно сразу.

Помимо курсов, Боня управляет ретрит-центром в Испании, где за 3 500−10 000 евро предлагают церемонии с аяваской и буфо альвариус (жабий яд с психоактивным веществом 5-MeO-DMT). Боня называет это медициной, хотя наркологи описывают эффект иначе: «Ощущения после употребления аяваски такие же, как при шизофрении: бредовые идеи, ощущения собственного величия. Некоторые переживают единение со Вселенной». Летом 2025-го Боню оштрафовали на 50 тысяч рублей за пропаганду наркотиков в соцсетях — и это, по сути, весь масштаб юридических последствий, который она понесла за годы такой деятельности.

Итак, что из этого применимо к нормальному бизнесу? Загибаем пальцы:

• Формирование сообщества вокруг продукта.

• Регулярный контент от лица живого человека, а не безликого бренда.

• Повторяемый продукт (косметика, подписка, расходники) вместо разовой продажи.

• Личный бренд как актив, который работает на все продукты сразу.

Всё это стандартные инструменты, которыми может пользоваться любая компания.

А думать, что курс «Я — Женщина Богиня» — это уникальная схема одного изобретательного человека, это ошибка. Точно такие же курсы, с плюс-минус такими же тарифами, с такими же офертами без гарантий продавали Блиновская, Шабутдинов, Митрошина, Чекалины. Боня — типичный представитель индустрии, мастодонты которой к 2026 году частично сидит в колонии или под домашним арестом, а частично перекрасилась в борцов с инфоцыганами. Но одно дело — продавать по шаблону, и совсем другое — переизобретать себя при каждой смене обстоятельств. Именно это Боня делает лучше всего.

От ковида до Путина — как Боня зарабатывает на каждом кризисе

Каждый раз, когда в стране что-то происходит, Боня оказывается в центре — и как-то так получается, что каждый раз это совпадает с новым продуктом и амплуа.

2020 год, ковид. Люди напуганы, никто ничего не понимает — вирус новый, а вакцины ещё нет. Боня записывает видео, в котором разоблачает… Вышки 5G: «Сейчас вышки 5G ставят в лампы. Наши советские учёные изучали воздействие микроволновых волн на здоровье человека. У людей меняется иммунная система, вплоть до потенции, которая страдает».

Потом — видео про чипирование: «Эта история с коронавирусом завязана по то, чтобы вакцинировать людей, чипировать людей. А о чём говорил Билл Гейтс?». На самое смешное, что буквально на следующий день Боня выдала: «Я сегодня себе сделала прививку «Модерну».

Параллельно со всем этим стартанули продажи ретритов с аяваской, под соусом того, что именно это — настоящая медицина, которую от людей скрывают.

2021 год, запуск курсов. Декабрь — запуск «Я — Женщина Богиня». Параллельно курс «Женщина на миллион» на 9 000+ участниц. На фоне пандемийного бума спроса на «духовность» и «саморазвитие» продажи взлетают. В 2022-м доход Бони — 250 млн рублей.

2023 год, аресты инфоцыган. Коллег по индустрии начинают сажать, Mash публикует чёрный список из 30 блогеров, куда включена и Боня. Она тут же запускает марафон «Изобилие» в освободившуюся нишу. В сентябре 2023-го — платная телега с обещанием «показать лицо после пластики»: примерно 200 подписчиков оплатили, фото не получили, МВД начало проверку по статье 159, но в ноябре в возбуждении дела отказали. Бывают же чудеса, правда?

2024−2025, альпинизм. Ниша инфобиза стала токсичной, потому что коллег начали сажать, и Боня добавила к своему личному бренду еще и альпинизм. Курсы никуда не делись, но публичный акцент сместился. Новая история: женщина 46 лет на вершине мира.

Боня всеми силами пытается казаться непоследовательной и легкой на подъем. Ведь тогда это бы означало, что она вся из себя прозрачная и акварельная, без каких-то умыслов, а просто действующая по наитию. Судите сами:

• Фейс-фитнес, на котором Боня учит подписчиц, что операции не нужны. И тут же делает себе подтяжку у хирурга.

• Говорит не прививаться, пугает чипированием. И тут же делает вакцину.

• Разрезает сумку Chanel в прямом эфире в знак протеста, а уже через неделю фотографируется с ней же.

Боня выжимает максимум из текущего позиционирования и когда ниша начинает закрываться, переключается на следующее амплуа с такой скоростью, что аудитория не успевает заметить противоречие.

Август-сентябрь 2025-го — скандал с Натальей Наговициной: пермская альпинистка сломала ногу на пике Победы (7200 м) в Киргизии, Боня организовала частный вертолёт, запустила дрон, опубликовала кадры и объявила, что Наговицина «упокоилась с миром», — хотя тело не было найдено и смерть не подтверждена. Вице-президент Федерации альпинизма России Александр Пятницин публично возразил: «Виктория Боня немного превысила свои возможности. Пока не обнаружено тело и не констатирована смерть, ни о чём говорить нельзя». Часть альпинистского сообщества обвинила Боню в том, что она похоронила живого человека ради хайпа, хотя другая часть признала, что её дрон дал семье хоть какую-то информацию, которую государственная система спасения предоставить не смогла. Но как ни крути — это снова миллионы просмотров и ещё один повод для страны обсуждать Викторию Боню.

Апрель 2026, обращение к Путину. 13 апреля суд приговаривает Артёма Чекалина к 7 годам колонии. В тот же вечер Боня публикует 18-минутное видео в заблокированной инсте, адресованное Путину. Она поднимает 6 тем:

• наводнение в Дагестане

• мазут в Анапе

• изъятие скота у фермеров

• убийство краснокнижных животных

• блокировки соцсетей

• приговор Чекалину

Главная цитата: «Владимир Владимирович, вас боятся. Народ вас боится, блогеры боятся, артисты боятся, губернаторы вас боятся. Мне кажется, мы не должны вас бояться». Единственное конкретное предложение за 18 минут — создать платформу, где люди смогут писать президенту напрямую. По самим проблемам никакой конкретики блогерша не дала. Ни слова о том, что делать с мазутом, как помочь фермерам, чем заменить заблокированные соцсети.

Видео набрало 24 миллиона просмотров за двое суток, миллион лайков, 70 тысяч комментариев. На третий день Кремль отреагировал, и Боня тут же записывает ответный ролик — в слезах и в футболке с турецким гербом: «Я с народом, и я внутри народа». Переключение из режима «обвиняю власть» в режим «спасибо, что услышали» произошло буквально по щелчку.

Следом в своей экспрессивной манере на защитницу русского народа обрушился Владимир Соловьёв: «эскортница», «надеюсь, что её услышали не только в Кремле, но и в Следственном комитете». Милонов назвал её «дубайской проституткой». Боня в ответ выпустила ИИ-ролик, где в образе Человека-паука заклеивает Соловьёву рот — видео набрало 5 млн просмотров за 9 часов.

Параллельно развернулся конфликт с Ксенией Собчак: Боня обвинила её в сборе компромата, Собчак ответила иронически — «Колокол революции. Другого Герцена у меня для вас нет» — и записала разгромное видео. Двадцатого апреля Боня публично извинилась: «За мной никогда не заржавеет принести извинения. Верю человеку на слово». Тут видна важная деталь: Соловьёву можно заклеить рот в ИИ-ролике, потому что конфликт с государственным пропагандистом только усиливает образ борца за народ. А с Собчак, у которой своя аудитория и свой компромат, лучше помириться. Расчёт виден в каждом шаге.

В тот же период Burger King выпустил бургер «Боня Кинг» в честь блогерши. Как бы, нифига себе, да? Но Боня отреагировала резко: возмутилась, что бренд использовал её имя без согласования и продавал «нездоровую еду», которая не соответствует её принципам правильного питания. Burger King быстро переименовал позицию в «Биг Кинг Новый».

А потом состоялся совместный эфир Бони и Соловьёва, где они формально помирились. И на этом эфире несколько раз прозвучала фраза «это точно не по сценарию» — причём звучала она так настойчиво, что у внимательного зрителя закономерно возникал обратный вопрос.

Если посмотреть на содержание обращения, становится видно, чего в нём не было. Боня ни разу не упомянула войну. Она заступилась за Чекалина — своего коллегу по инфобизу, осуждённого за экономические преступления. При этом отказала в интервью Дудю, BBC, The Insider и «Дождю» со словами: «У нас разные цели. Я не оппозиционер». Она называет Путина «сильным политиком, который многого не знает» и жалуется на губернаторов — по сути, жалуется царю на бояр, не ставя под вопрос самого царя. Это классическая позиция «лояльного недовольства»: выпустить пар, показать, что «президент слышит народ», и при этом не задать ни одного системного вопроса.

Психологически тут работает механизм, который Шелдон Соломон, Джефф Гринберг и Том Пыщинский описали в Теории управления ужасом (1986): когда человек чувствует угрозу — болезнь, экономическую нестабильность, произвол, — он инстинктивно ищет группу и лидера, которые подтвердят его картину мира. Ему нужно подтверждение, что его страхи обоснованы. Боня даёт именно это: «ты прав, что боишься, и я тоже боюсь, и 13 миллионов наших подписчиц тоже боятся, и все мы — вместе».

Отдельно тут стоит упомянуть концепцию конспиритуальности, которую в 2011 году описали Шарлотта Уорд и Дэвид Воас: за последнее десятилетие велнес-культура и конспирологическое мышление постепенно слились в одно целое. Йога-инфлюенсеры начали продвигать QAnon, антивакс-мамы стали рекламировать медитации, а духовные коучи — обличать так называемых глобалистов. И Боня — идеальный русскоязычный образец этой гибридизации. Именно поэтому её аудитория не видит противоречия между «купи ретрит с жабьим ядом» и «Путин, ваши губернаторы воруют». В логике конспиритуальности это одна и та же позиция: система врёт, врачи врут, губернаторы врут, а правда — в духовном пробуждении и в том, чтобы не бояться говорить вслух. Желательно, говорить о том, как классно тебе помогает косметика Виктории Бони.

Для Бони обращение к Путину стало кульминацией и вдохнуло в ее личный бренд новую жизнь. Только вдумайтесь: женщина из Краснокаменска, прошедшая через нищету, Дом-2, развод и горы, теперь говорит с самим президентом. Ну разве не богиня? После видео прибавились миллионы новых подписчиков, а каждый второй пост у Бони в апреле был рекламным. Но выиграла не только она. Соловьев тоже получил высокие рейтинги, а два этих мира — интернетный и телевизионный — переопылились. А Кремль получил видимость диалога с народом. Все стороны в плюсе, а рискует только аудитория, которая приняла перформанс за искренность. Хотя, в целом-то негатив в итоге был сброшен.

Но тут есть ещё один слой, который легко упустить. 13 миллионов подписчиков Бони живут в заблокированном инстаграме — на площадке, куда у государственных медиа нет доступа. Это огромная аудитория, до которой не дотягивается ни Первый канал, ни Соловьёв, ни Песков. И вот эта аудитория две недели подряд следила за своей героиней, поднимала щиты, ставила лайки, писала комментарии — и при этом смотрела не телевизор, а запрещённую соцсеть через VPN. Для власти это проблема: миллионы людей обсуждают политику там, где их невозможно модерировать. И самое ироничное, чем закончилась вся эта история: в совместном эфире Боня и Соловьёв дружно сошлись на том, что новой площадкой для диалога народа и президента должен стать… Макс. То есть вся драма, все 24 миллиона просмотров, все слёзы и ИИ-ролики — а в финале блогерша и пропагандист вместе рекламируют российскую соцсеть. После такого вопрос «было ли это по сценарию» уже как-то даже неловко задавать.

Ну штош, в целом, мы ответили на вопрос, с которого начинали. Разобрались, кто такая Виктория Боня, как она удерживает внимание 13 миллионов человек, да и что уж там — всей России. Как богиня превращает это внимание в деньги и как дошла до того, что делает такие мощные совместки с Кремлем. В принципе, на этом можно было бы поставить точку. Да вот только как это сделать, когда за кадром осталась целая экосистема — с десятками персонажей, миллиардными оборотами и связями, которые тянутся от тиктокеров из Дубая до колоний общего режима.

Пирамида наставничества — кто стоит за индустрией, породившей Боню

Термин «пирамида наставничества» — не юридический, а журналистский, но экономическая логика модели действительно пирамидальна. Расследования Holod. media, Psychologies и VC.ru описывают каскад из 3−5 уровней: на вершине звёздный наставник продаёт премиум за 1−12 млн рублей, его выпускники запускают собственное наставничество за 150−500 тысяч, ниже — рядовые покупатели, которые берут кредиты, чтобы тоже стать «наставницами», а на дне — их клиенты. Продукт, который циркулирует между уровнями, — не предметные знания в какой-то нише, а сама технология продаж: «распаковка личности», «прогревы», «не отпускай думать» во время бесплатных консультаций и т. д.

На практике это работает примерно так: женщина покупает наставничество за 300−500 тысяч рублей, часто в кредит. Ей обещают, что она станет круче, мудрее, откроет в себе чакру бизнеса и вообще. Но в процессе она понимает, что всё это туфта, однако выхода уже нет — чтобы отбить вложения, придется продавать другим людям то же самое, что только что купила сама. Для этого ей нужно найти учеников и продать им аналогичный продукт. Те, в свою очередь, тоже берут кредиты, тоже проходят курс и тоже начинают искать учеников. Получается цепочка, в которой каждый участник вынужден продавать, чтобы оправдать собственную покупку.

К маю 2026-го верхний этаж этой пирамиды выглядит так.

• Аяз Шабутдинов (Like Centre, «Концентрат», «Миллион с Аязом») — 7 лет колонии общего режима, 113 эпизодов мошенничества.

• Елена Блиновская («Марафон желаний») — 5 лет колонии, неуплата налогов на 918 млн рублей.

• Александра Митрошина (курсы блогинга) — домашний арест с марта 2025-го, налоговая подала на банкротство.

• Валерия и Артём Чекалины (марафоны похудения) — домашний арест с октября 2024-го за вывод 250 млн рублей в Дубай, в апреле 2026-го Артём получил 7 лет колонии.

Есть ещё один персонаж, который помогает понять, как устроена эта экосистема. Анар Дримс (Анар Мамедов, 1995 г. р.) — тиктокер с 19 млн подписчиков, который начинал с роликов с пачками наличных под слоганом «Follow Your Dreams», а с 2023-го стал называть себя духовным учителем.

Сейчас он продаёт доступ в закрытый ТГ-канал за 15 долларов в месяц, проводит ретриты в Дубае и Алматы, предлагает VIP-тарифы с личными ужинами. Ютубные разоблачители называют его продюсером инфоцыган; в его орбите — Сергей Косенко, Гусейн Гасанов, Дмитрий Масленников. Связь с Боней документально сводится к одному совместному подкасту «о Пробуждении от Ума», в описании которого — ссылки на формы записи на наставничество и ретриты. В открытом ТГ-канале Анар публикует прайс на коммерческие подкасты — 25 тысяч долларов за двухчасовую запись в Дубае. Боня и Анар формально не наставник и ученик, а просто два человека из одной тусовки, которые записали совместный подкаст. Но именно это и показательно — в этой нише все друг друга знают, все друг друга продвигают, и грань между дружеским эфиром и рекламой наставничества давно стёрта.

Уголовные дела вычистили верхний этаж пирамиды, но индустрия, понятно, никуда не делась. После арестов открытые курсы в духе «как заработать миллион» стали токсичными — слишком очевидная связь с теми, кого уже посадили. Но спрос никуда не делся. Людям по-прежнему нужны ответы на вопрос «как жить», и они по-прежнему готовы за эти ответы платить. Поэтому вся ниша постепенно переупаковывается: если раньше на входе стоял «марафон желаний», то теперь — «ретрит пробуждения». Раньше продавали «финансовую грамотность», а теперь — «телесные практики» и «женскую энергию». Раньше наставник обещал научить зарабатывать, а теперь он обещает научить чувствовать.

Анар Дримс — характерный пример такой мутации: начинал с роликов с пачками наличных, а теперь называет себя духовным учителем. Формулировки изменились, ценники остались, а спрос никуда не делся — потому что люди по-прежнему ищут ответы на вопрос «как жить» и готовы за эти ответы платить. Просто раньше им продавали «марафон желаний», а теперь — «ретрит пробуждения».

Может показаться, что если нескольких крупных игроков из этого табора посадили, то всё, вся сфера разваливается. Но это не так. Потому что держится она не на конкретных людях, а на тревоге, одиночестве. На ощущении, что жизнь проходит мимо, а ты не знаешь, за что ухватиться. Можно хоть всех Бонь пересажать — но пока у миллионов людей нет нормальных ответов на базовые вопросы о деньгах, здоровье и смысле, кто-нибудь обязательно придет и предложит свои. За 60 тысяч рублей или за 2 тысячи — неважно. Чем больше в стране неопределенности и страха, тем длиннее очередь из тех, кто готов на этом заработать.

Что популярность Виктории Бони говорит о нашем обществе

Боня — не феномен. Просто человек, который очень грамотно строил свою историю успеха, пока все остальные смеялись. Квартиру ей купил один мужчина, Монако обеспечил второй, образ жизни — третий. Но это было давно — а сейчас подписчицы видят женщину, которая всего добилась сама. Биография переписана, и переписана мастерски.

Всё остальное — механика. Каждый скандал бустит охват, каждый охват удешевляет привлечение, каждое привлечение конвертируется в деньги. Неважно, хвалят или ругают — важен сам факт бурных обсуждений. Современная индульгенция работает просто: продавала жабий яд — зато задонатила миллион в Дагестан. Рекламировала NL — зато потом их же обличила. И карма снова чистая.

Все приёмы, которые мы разобрали, работают и в честном бизнесе. Просто на выходе воронки должен стоять продукт, за который не будет стыдно.

А вот что конкретно стоит взять на вооружение:

• Рассказать свою историю. Откуда пришли, через что прошли, почему делаете то, что делаете. Если вы не Эппл или Тайота, то не стоит рассчитывать, что у вас будут покупать только из-за логотипа.

• Быть на связи каждый день. Регулярный контент от живого человека создаёт доверие, которое не купишь за деньги. Не обязательно сторис из Монако или с Патриков — достаточно просто показывать процесс, делиться мыслями, да и в целом не пропадать.

• Подкреплять слова доказательствами. Кейсы, цифры, результаты клиентов — всё, что можно проверить. Чем конкретнее доказательство, тем меньше будет вопросов и сомнений.

• Строить сообщество, а не просто базу подписчиков. Когда человек чувствует себя частью чего-то большего, он меньше зациклен на ценах и более склонен через покупки поддерживать своих.

• Растить LTV, а не гнаться за разовой продажей. Курс покупают один раз — и всё, сделка закрыта. А крем заканчивается каждый месяц. Подписка списывается каждый месяц. Расходники нужны каждый месяц. Одна лояльная клиентка, которая тихо заказывает крем двенадцать раз в год, приносит больше, чем та, которую две недели уговаривали купить марафон.

• Не бояться громких инфоповодов. Не обязательно записывать обращения к президенту — но спорное мнение, нестандартный кейс или честный разбор чужой ошибки принесут больше охвата, чем десять постов «по контент-плану».

Ну, а мы продолжаем вести наблюдение. До встречи в канале Awake!